Вверх страницы
Вниз страницы


ОРГАНИЗАЦИЯ

Объявления администрации — ◄●●●►
Вопросы и предложения — ◄●●●►
Оформление профиля — ◄●●●►
Поиск партнера по игре — ◄●●●►
Хронология эпизодов — ◄●●●►
Закрытие эпизодов — ◄●●●►
Отсутствие — ◄●●●►
Связь с администрацией — ◄●●●►

Новости форума

Мы живы, в лучших традициях постапокалипсиса.
Пишите посты, леди и сэры.
И да направит нас всех Отец Понимания.
p.s. экран прокручивается вправо :)

АДМИНИСТРАЦИЯ



Ржавый Север

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Ржавый Север » I Дивный новый мир » Чем дальше в лес


Чем дальше в лес

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

● Название Чем дальше в лес
● Место и время 2078 год, осень, бывшая граница Норвегии и Швеции, Волчья Тайга.
● Описание однажды два странника остановились в маленьком посёлке, затаившимся посреди огромного леса, коий за переизбыток клацкающих челюстей называют Волчьим. Дорога их похожа, хотя ничего, кажется, общего быть не может у рижского гауптштурмфюрера и культистки Многоликого. Впрочем, вряд ли кто из них поспешит открывать свою истинную личину. Даже нанятый проводник.
Куда же заведёт лесная тропа эту троицу?
● Участники Рагна, Фенрир

http://s7.uploads.ru/t/kDXV9.png

Отредактировано Фенрир (2017-07-12 12:16:30)

+1

2

Рагна откусывала небольшие кусочки ярко-желтого яблока, поджав под себя по-турецки ноги, в пыли на придорожной траве, жевала кислятину, не морщась, смотрела в сторону деревеньки и ожидала.
От метки на боку исходило неприятное раздражение, будто несколько иголок разом вошли под кожу и возились там, увлеченно играя на нервах. Ссутулившись, обхватив больное место рукой, Рагна впивалась зубами в хрустящую плоть яблока, и втягивала носом густой сентябрьский воздух. Неприятные ощущения исчезали на пару мгновений и вновь появлялись, будто сигналя о чем-то важном. Она припозднилась.
Место ей не нравилось: зашуганая неизвестно чем глушь, где зверем глядели люди, и отовсюду несло запахом мокрой псины.
Не испытывая особой любви к животным, Йенсен нервно дернулась, когда услышала вдалеке истеричный лай.
Живут же люди...
Под оглушительную тишину лесной чащи, надвигавшуюся на деревенскую суету затерянного в северных лесах поселка, почему-то отлично вспоминались несущиеся с Финского залива оглушительные ветра, сбивающие с ног своей холодной пронзительностью, шум воды и громка русская речь.
Рагна поежилась, будто бы и в правду от морского бриза, и яблочный огрызок полетел в густые заросли кустарника.
Здесь все было по-другому, и лишь прожив в этом краю несколько месяцев, Рагна действительно прочувствовала всю схожесть и отличие людей, загнанных каждый в свой медвежий угол.
Идти сквозь незнакомый лес в сопровождении двух ни разу до этого дня не виданых мужиков было страшно, хотя бы по причине возможности не дойти до конечного пункта назначения. Избавляться от навязчивого мужского внимания Рагна давно научилась, натурально изображая на своем теле высыпания от сифилиса, к примеру, чего большинству "ухажеров" обычно хватало, чтобы громко проблевавшись умерить свой энтузиазм. Но ведь нельзя было поручится, что никто из них не ел людей, как вариант, и не делал мебель из человечески костей. А там уже всем может быть немного все равно - сифилис у тебя или СПИД.
У каждого свои причуды.
Но деваться было некуда - чего ей стоило добрести только до этой Волчьей дыры, и о том, чтобы торчать здесь дальше из-за смутных опасений, не могло возникнуть и тени намерений. Другая, куда более реальная возможность, что ее нагонят, словно животное, чтобы выпотрошить за совсем недавно сделаное ее руками непотребство, маячила совсем рядом, и разве что в затылок не дышала.
На месте, куда нужно было подойти в ожидании проводника, Рагна торчала уже час, просто не желая пересекаться с диковатыми местными жителями, зыркающими на нее из нор своих ввалившихся глаз.
Кажется, в лесу как-то поспокойнее будет

0

3

Сентябрь задался холодным, ветреным и дождливым, и оттого даже древний потирал шершавые ладони, стараясь их хоть как-то согреть. Рядом с ним шёл смертный, заплативший за то, чтобы древний провёл его через таёжные заросли. Заплативший половину – та, что взяла на себя вторую часть, уже ждала у дороги.
Не ради приключений, которые уже достаточно потрепали волчью шкуру, не ради общения со смертными соседями Фенрир согласился на подобную работу, но ради денег. Без некоторых средств в этом мире сложно выжить и старому демону. В деревне его называли, естественно, не именем легендарного волка, а именем людским. Джергасс Сверр, просто Сверр – как привык окликаться древний на зов изредка обращавшихся к нему.
Ни с кем из своих спутников следопыт не разговаривал почти, но уже успел сделать кое-какие умозаключения. Смертный самец был столь же вспыльчив, сколь и охоч до острот, подобный пламени – обжигал, светил в глаза, грозился перерасти в лесной пожар, хотя демон искренне верил, что человек не будет глуп. Он был похож на солдата, наверняка мог быть лидером, хотя и Фенрир не мог сам себе объяснить, отчего же паренёк в одиночку пришёл в край столь дикий и недружелюбный для чужака, вроде него.
А вот в женщине-смертной он сразу учуял присягнувшую, оттого и старался быть с ней настороже. Она не поклонялась Луне, и этого было вполне достаточно для древнего, чтобы подозрения его стали крепче. Болезненная на вид, в язвах от сифилиса, она от своих уродств не вызывала столь явного напряжения, как сам факт причастности смертной к культу. Но древний не собирался её обличать. Ни в коем разе – слишком уж невыгодное, неблагодарное и глупое дело. Пусть сие останется козырным тузом в рукаве.
Лишь компания из трёх человек вновь оказалась вместе, следопыт сипло заговорил, - сперва пойдём по дороге, - он скупым жестом указал на несильно истоптанную, но широкую тропу, по обе стороны которого тянулись заросли репейника, - недолго. Выйдем на опушку к полудню, если без остановок. Если дождь, - на миг древний поднял взгляд в хмурое небо и усомнился в предположении, прочитав в блёклых кудрях безмятежно-пасмурное продолжение суток, - заночуем чуть далее того холма, - Сверр кивком головы указал на рваный холм, очерчивающий горизонт на севере, - есть там место посуше. Если без дождя – дойдём до поляны.
Он сделал паузу, не привыкнув к столь долгим монологам, - лес не опасен, если его не тревожить. Сами понимаете. Вопросы есть?
Демон не стал проводить инструктаж, надеясь, что оба осведомлены в правилах поведения при походе. Хотя бы в элементарных.
Запугивать, впрочем, тоже не стал – весь этот глупый ореол таинственности лишь портил дело, вызывая лишнюю панику и тревогу. Нет, осторожность всегда полезна, но сгущать краски следопыт раньше времени не любил.

0

4

Помнится, я смотрел какой-то фильм... Суть в том, что там я впервые увидел бойскаутов. Боюсь, ни Фенрир, ни Рагна не могли посмотреть тот шедевр американского кинематографа. Может даже к счастью. В любом случае, даже если так, возможность увидеть бойскаута у них была именно сейчас: двадцатисемилетний парень выглядел именно так. На голове шапка из шкуры енота - знай бы он, кто его проводник, он бы тут же её снял и виновато спрятал за спиной - прикрывала коричневые волосы, которые местами всё-таки выбивались из под неё. Не до стрижки было последние пару месяцев, знаете. Слева на поясе перевязь с рапирой. Потрёпанные широкие штаны, бывшие когда-то чёрными берцы. Столь же старая потрёпанная шинель с парой нашивок, которую он явно стащил с кого-то, но по его легенде она досталась ему от деда. За спиной огромный рюкзак, в котором лишь палатка, да кое-какие мелочи быта, в руке такая же большая сумка с двумя отделениями, содержание одного из которых ему было неизвестно, открыть приказали только по прибытию, там дальнейшие инструкции и всё необходимое для выполнения... Чего-то. На месте видно будет. Лишь бы не петля и мыло. В другом была голова какого-то чёрного человека, порядочно законсервированная, являлась она доказательством того, что прошлое задание выполнено успешно.
Шёл он к месту встречи прям за проводником, точнее, нагнал его в самый последний момент. Обычно он довольно пунктуален, но сейчас он вживался в роль рассеянного жителя глубинки, слишком инфантильного, чтобы его воспринимали всерьёз. И получалось у него, признаться, очень даже неплохо. Кем он только не побывал за свою карьеру, а эта роль нравилась ему больше всего. Слишком уж она легко давалась. Раньше приходилось быть в постоянном напряжении, как бы чем себя не выдать, а сейчас проблема была куда серьёзнее. Сами представьте, стоит ему немножко переувлечься и... всё, барабанная дробь, похоронный марш, слёзы жены... А, ну да, простите, отвлёкся. Ровным счётом, как и Дмитрий, когда увидел попутчицу. Его, конечно, предупредили, что пойдут втроём, но то, что это будет девушка... Оказалось некоторой неожиданностью. Он сразу отнёсся к ней с большим недоверием. Сами посудите: молодая девушка, одна в таком диком краю, без малейшего на первый взгляд смятения направляется в лес с двумя здоровыми мужчинами! Как к этому можно отнестись с пониманием? Его самого не всегда понимают, когда он отправляется куда-то один, а тут такое. С проводником всё было понятно, он то ли отшельник, иногда приходит в это поселение, то ли живёт в соседнем и зарабатывает тем, что водит таких вот людей туда-сюда. Ничего интересного.
Когда провожатый открыл рот и начал что-то объяснять, Седов довольно натурально изобразил внимательность на своём лице, даже иногда кивал, но мужчину он не слушал, а время от времени бросал взгляд на девушку. Не похожа она на существо, представляющее опасность. И тем страшнее. Едва только новый знакомый замолк, как рот открыл сам гауптштурмфюрер.
- А меня Даня зовут, - как ни в чём не бывало проговорил он, протягивая руку девушке. Сверра он уже один раз видел, потому знакомиться по новой необходимости не было. - Я к отцу иду, в Стокгольм. Дед говорит, что он там влиятельный человек. Он в гильдии моряков, Данилов его фамилия, знаете его? - кому как не Дмитрию уметь врать. Однако, это было ложью лишь отчасти: Даниил Данилович Данилов действительно существовал, действительно состоял в гильдии моряков и, в перерывах между походами, работал на шведское бюро разведки Рейха. Ну и что, что не родственники? Это ещё доказать надо, а будучи на границе это сложновато сделать. Теперь, в качестве взаимной вежливости, он ожидал услышать какое-нибудь самое неприметное имя и такую же выдуманную историю. Кто же в такое время скажет правду? Когда обмен любезностями будет закончен, они отправятся в путь. В голове русского уже пролетали мысли на счёт того, о чём он будет разговаривать. Его роль в этот раз заключалась в том, чтобы говорить, говорить, говорить. Даже очевидно врать местами.

Отредактировано Дмитрий Седов (2016-03-29 22:51:07)

0

5

Под размеренный и густой, словно бы из под земли звучащий, голос проводника Рагна втянула голову в плечи, будто стараясь спрятать сеовато-бледное от недосыпа лицо в обмотавшем шею шарфе, искоса поглядывая на обоих мужчин, и не скрывала выражения опаски и недоверия во взгляде.
Не имея личных эмоций, она четко усвоила, что стоит проявлять на своем лице те из-них, которые позволительно применять к определенной ситуации. Странно, если на сотню событий, от рождения ребенка до пожара, реагируешь одним и тем же выражением лица. И также никто не удивится, если маленькая, словно спичка, девочка, станет бояться двух здоровых мужиков, с которыми она вынуждена оставаться наедине в самой чаще леса.
Украдкой поглядывая на мужчин, Рагна думала, что там было на что посмотреть, и думала, как относиться к каждому из них. По всей логике, если спутник ее вызывал просто легкое недоверие, то от проводника сам бог велел приходить в животный благоговейный ужас. В ответ на его вопрос Йенсен лишь кратко мотнула головой и поспешила отвернуть взгляд, изображая робкое молчание.
Полной неожиданностью для культистки стали скоростной поток слов и протянутая в ее сторону рука. Рагна осмотрела широкую кисть с придирчивостью ипохондрика, разглядывающего столовые приборы в придорожном заведении, и лишь затем пожала ее, осторожно взяшись четырьмя пальцами. Промычав в ответку что-то малоразборчивое, имеющее целью обозначить, как ее, Рагны, имя, девушка поспешила спрятать руки в длиные рукава и вцепилась ими в лямки рюкзака так, будто только это и не давало ей свалиться без чувств на землю. В ответ на словесный понос Рагна кивала и мотала головой, в тему и не в тему, слушая вполуха втираемую информацию
Отец в Стокгольме. Опушка в полдень. Влиятельные люди в дождь... Гильдия моряков... лес не тревожит...
Три параллельные царапины на шее у затылка горели огнем, и, спотынувшись на ровном месте, Рагна машинально потерла их ладонью.
Отрастила когти... И зачем они ей теперь?
Рагна лишь на секунду с настороженностью покосилась на говорливого спутника, не опасаясь неловкого молчания, и вновь сделала вид, что внимательно изучает состав местных почв. Рассказывать о себе, в свою очередь, Йенсен вообще не собиралась, предполагая, что никому никакого дела до этого нет. Прячась в мешковатой одеждой, она смотрела эдаким зверенышем, пойманым в клетку, постепенно больше погружаясь в свои рассуждения, чем в заботу о том, как видят ее мужчины-спутники.
Может и стоило бояться их хоть немного, но Рагне было все равно. Во всем мире она практически не могла определить для себе вещи, способные навредить ей так, чтобы она могла об этом переживать. В пути вполне могли случиться некоторые "неприятныеслучаи", нопо большому счету Рагне было достаточно одного того, что проводик проведет ее сквозь лес просто живой и не покалеченной. Как приучили девушку с детства, всевозможные варианты взаимоотношений их маленьккой группы, а также столкновение с внешним миром - "просто обстоятельства и опыт". А вот ноги-руки - это да. Это ценно. Вторые не вырастут.

0

6

Фенрир вёл своих спутников безмолвно, дорога сперва была лёгкой – лишь холодный осенний ветер, возможно, не был привычен людям. Демона понемногу согревала волчья кровь, он шёл бодро и бесшумно, как обычно крадётся лесной хищник. Говорливость смертного, что назвал себя «Даня», немного раздражала, но не мешала древнему прислушиваться к окружению. Лес был спокоен, звери чувствовали присутствие двуногих и не решались показаться тем на глаза. Особенно при таком болтливом двуногом.
Фенрир с неодобрением взглянул на шапку смертного, сдержав себя от замечания – уже захотелось дать, как минимум, хороший подзатыльник за такое неуважение к лесу. Где же видели хотя бы одного зверя, что, ради удовлетворения чувства непонятного (то, что зовут эстетикой), носят на шкурах своих шкуры других убитых? Охотников он мог понять, хищников было много и в его царстве, но охоту ради удовольствия, ради красивого трофея – никак. Ведь даже демон порой убивал смертных ради конкретной цели.
Клятва довести обоих до пункта назначения обязывала древнего держать себя в руках. Принципиальность действительно играла злую шутку.
Широкая дорога сменилась тропой, затем – буреломами, но это была единственная дорога, где смертный смог бы идти более-менее быстро. А время не ждало. Если он обещал довести человеков до пункта назначения, значит, он их доведёт.
Подавая руку при переходе через очередной обрыв, следопыт поднял ладонь вверх в жесте молчания. От того он это сделал, что учуял раннее запах незнакомый. И то был запах не волка и даже не мелкого зверя.
- Ни слова, - заговорил второй раз за день демон, хотя и затревожиться не успел – то был запах охотников. А причина возможной тревоги была – голодная медведица с детёнышем, что бродили в здешних местах уже около двух недель в поисках добычи. Признаться, за то время, что Фенрир провёл в Бездне, косолапые несколько подросли – и сейчас самка та была проблемой не меньшей, чем все опасности тайги вместе взятые. А с голодными злыми медведицами Фенрир, увы, договариваться не умел. Видно, оба животных ушли на юг в надежде там найти пропитание. И оно было к лучшему.
Древний кивнул, подтверждая, что всё в порядке и продолжать путь разрешено. Всё же, несмотря на спокойствие, встретиться с охотниками Фенрир не особо желал – хотя бы потому, что большинство деяний их на дух не переносил. Ей богу, раньше смертные охотники были куда понятнее. Но, чем дальше от обезьяны, тем ближе к обезьяне.

+1

7

С регулярной периодичностью спотыкаясь на ровном месте, Рагна окончательно вошла в образ немощного задохлика, готового помереть под ближайшим кустом. Шагая следом за мужскими спинами, она молча вдыхала запахи осеннего леса, ароматы влаги и листвы, не позволяя самой себе признаться в том, что и правда чувствует себя неважно. Наверняка, если б жива была мать, она нашла бы пару крепких словечек в адрес красочных кругов под глазами и сгорбившейся спины дочурки, и Рагна бы, как и всегда, покорно промолчала в ответ. Однако напутственной ругани матери не было слышно уже несколько лет, что никак не влияло на эффективность молодой культистки Многоликого и вовсе не мешало опускаться её самооценке на глубины Марианской впадины.
Кроме прочих угнетающих причин, продолжительные походы по родине отца знатно вымотали девушку морально и физически, и сил у девушки оставалось ровно на то, чтобы скользить бессмысленным взглядом по однообразному пейзажу, не рассуждая особо над бессмыслицей болтовни спутника и смыслом молчания проводника. Она просто шла, не вникая в мысли о том, куда и зачем идет. Воли на обдумывание дальнейших планов у девушки не осталось. Пока ее окружали старые и молодые деревья, уже начавшие готовиться к грядущим холодам, она позволяла себе сохранять спокойствие и наслаждаться их видом, а еще смутно ощущала в себе желание реже запинаться о собственные ноги.
Внезапная в начале похода остановка все же заставила девушку единожды напрячься и сосредоточиться. Взглянув на поднятую руку Сверра, Рагна перевела взгляд на его лицо, пытаясь понять, что привлекло внимание неразговорчивого проводника, а затем огляделась вокруг. Знание особенностей лесной жизни не входило в перечень ее особых навыков, однако совсем ничего не понимающей девушка тоже не была. Проводник слушал лес, и, кажется, знал его как родного. Гядя на Сверра, можно было подумать, что он ощущал вибрации и малейшие изменения воздуха вокруг себя, а может и на многие километры вокруг. В груди девушки от нарисованного сознанием образа родилось странное ощущение беспокойства, скребущее грудную клетку изнутри корявым пальцем. Девушка занервничала, с волнением оглядевшись в поисках источника опасений, но ее взгляд и слух ни за что не зацепились. Проводник дал знак продолжать путь, и Рагна усилием задавила в себе это ощущение. Если знающий человек говорит, что все в порядке, значит так оно и есть. А если врет - то ничего сделать в чужом лесу со своим самоваром все равно нельзя.
Рагна изначально знала, что идет не на прогулку, и зайдя в лес вполне вероятно может из него никогда больше не выйти. Путь был долгим и возможности поддерживать иллюзию болезни становилось все меньше. По прошествии пары дней, Рагна начала старательно пачкаться обо все подряд, не утруждаясь умываниями, и все плотнее закутывалась в одежду, натурально выдавливая из своих актерских способностей вид болезненного озноба. Количество язв на ее теле значительно уменьшилось, и культистка не чувствовала в себе энтузиазма при мысли о том, что это будет замечено личностями мужеского пола, с которыми судьба оставила ее наедине. В изображении больной, которая очень любит гулять по незнакомым лесам, были свои минусы, но девушка надеялась, что ее спутники, как и многие люди, просто поленятся об этом думать и не станут заострять внимание на деталях.
Лес вокруг, на взгляд Рагны, практически не менялся, что вполне справедливо наводило девушку на мысль, что пойди она сюда одна — точно попала бы на корм местным обитателям. В воспоминаниях периодически всплывала неожиданное знакомство с подобным в начале лета, и в такие моменты казалось, что ничего страшного с ней произойти не может в принципе. Но тогда ей всего лишь повезло, а везение не могло длиться вечность. Перед троицей нарисовались обросшие бородами и недобрыми намерениями мужские лица, удивительно, в самой чаще лесной, и все, что оставалось девушке - это неловко прикидываться ветошью, пока эти самые лица вели содежательные мужские переговоры.

+1

8

Прошло три дня. Фенрир знал, что скоро настигнут группу двуногих, но другая дорога была куда тяжелее, а девушка начинала заболевать. Когда следопыт завидел на горизонте силуэты, то предупредил о возможности встречи спутников. Сам демон не очень-то хотел пересекаться с ещё большим количеством смертных, тем более – вооружённых смертных.
Но встреча произошла. Те пять людей оказались… состайниками? знакомыми человека в соболиной шапке. В конце недолгой беседы «Даня» решил продолжить свой путь с ними. Фенрир против этого совсем ничего не имел, даже был рад, что теперь ответственен лишь за одну двуногую, но оставался нерешённый вопрос – оплата. И следопыт напомнил об этом человеку в соболиной шапке.
- Брат, ты же понимаешь по-русски? – один из наёмников фамильярно положил ладонь на плечо демона, - тут вот какое дельце… ты, брат, немножко охуел. Какая нахрен оплата? Ты же нихуя не…
Но тут вмешался Седов, остановив тираду наёмника. Он оплатил лишь часть от назначенной суммы, и Фенрир не стал спорить. Дерзкий смертный не настолько задел достоинство древнего, чтобы пытаться ставить его на место.
Осенние вечера наступали быстро, и уже через пару-тройку часов после инцидента Фенрир объявил привал. А через час, когда тьма сгустилась, опушку уже освещал небольшой костёр, на котором следопыт варил травяную похлёбку – слишком уж болезно выглядела его спутница. Следопыт не видел сильной лихорадки, как, впрочем, и того, что язвы, коими зияла юная смертная в первый день, заметно «поджили». Но всё же решил подстраховаться. Ему ничего не стоило помочь смертной выжить и спокойно довести до пункта назначения (пока), а вот иметь дело с разгневанным сородичем Фенрир не хотел. Воин и пара тысяч лет в Бездне заставили его полюбить тихие решения проблем.
Конечно, не во всех случаях.
- Если девушка заболеет, то умрёт скоро. Я не знахарь, - произнёс демон и подумал было, что сказал немножко странно, но тут же отбросил эту абсурдную мысль. Следопыт подал девушке чашку, что на половину была полна полу-прозрачной, густо пахнущей то ли сиренью, то ли липой, то ли обыкновенным свежескошенным сеном жидкостью. До этого, во время дневных привалов, он был вынужден собирать травы вместо того, чтобы отдыхать. Хотя и не сказать, что он в нём сильно нуждался.
- Сегодня ночью будет иней. Постарайся выспаться и проснуться. Рагна.
Фенрир насторожился, когда услышал неподалёку шум и чуть привстал. Из кустов выглянуло два бледных глаза-огонька, а затем и осклабившаяся морда.
«Она не опасная».
Рычание.
«Я сказал, она не опасная».
Для вида следопыт взял головешку и начал подносить к волку, который уже начал тихонько ретироваться задом.
Некоторые волки видели во всяком человеке рядом с их вожаком опасность и, похоже, ушедший четвероногий как раз относился к их плеяде. Главное, чтобы смертная не посчитала его совсем уж странным. Вовсе не обязательно даже рабе его сородича знать, кто её проводник. Фенрир положил головешку обратно в костёр.

+1

9

В полумраке под пляшущим светом огня, худые и белые руки Рагны выглядели как скрюченные куриные лапки, выглядывающие из под длинных рукавов, слабо поджимающие тонкие пальцы в кулак ради крупиц тепла. Культистка слабо тянулась ими к потрескивающему огню костра, в слабой надежде хоть немного согреться и унять озноб, пробегавший по телу от усталости и голода.
Она вспомнила время, когда только начинала учиться управлять даром Многоликого. Ее первым заданием было — создать на своем бесцветном лице крохотные веснушки и проходить с ними ровно неделю. Казалось бы, всего лишь малюсенькие пятна на носу, которые далеко не все, кто был рядом с Рагной в то время, вообще заметил, но к концу срока ей казалось, будто голова вот-вот взорвется от перенапряжения, а периодические кровотечения из носа недвусмысленно намекали на то, что пора бы и остановиться. Продержалась девчонка тогда ровно шесть дней и два часа, и это была самая долгая еетрансормация. Во всех случаях, даже самых простых преобразований, уже через сутки после превращения девушку, как правило, начинало нещадно колбасить, весь организм требовал прекратить идевательство и вернуться в свое естественное состояние, что Рагна обыкновенно и делала. Но не в этот раз. И вот, на третий день симулирования болезни культистка начала заболевать по-настоящему.
Это не укрылось от взгляда проводника, что он поспешил косноязычно ей сообщить, Поджав под себя ноги, девушка только молча кивнула на замечание Сверра, и, поскольку побаивалась смотреть прямо на него, приняла врученную ей чашу глядя себе под ноги.
Не помру. Не дождешься... — Рагна сделала глоток и закашлялась до слез, закрывая рот рукой, вторая тем временем как раз успела обжечься о горячие стенки чаши. К горлу подступил спазм тошноты, и Рагна, побросав все на месте, рванула подальше от огня в ближайшие кусты, где ее почти пустой желудок вывернуло наизнанку, выталкивая единственный глоток отвара. Еще пару раз ее скрутило, сдавливая нутро спазмами, способными выдавить сердце между ребер. От подобной потери концентрации с лица Рагны исчезла еще парочка язв, но при своем состоянии девушка этого не заметила. Или не пожелала заметить.
- Всего три дня. Только три. Почему?.. – культистка тяжело дышала, и не успела прийти в себя как услышала рычание. Обернувшись, она успела заметить проводника, с головешкой и беспокойное движение кустов, затихшее через мгновение. Сердце упало куда-то в пятки — с дикими животными договариваться культистка не умела.
- Это что, был волк? – осмелилась она подать слабый голос, обхватив руками ствол дерева, за которое держалась во время приступа.
- Разве животные не остерегаются огня? – она точно слышала от кого-то, что дикие звери стараются остерегаться света костров, но увиденное мгновение назад говорило, что это далеко не так. Беспокойство охватило девушку, и она озиралась вокруг взглядом зверька, ищущего путь к побегу.

+1

10

- Девушка наивна, - Фенрир ухмыльнулся, едва ли не обнажив пожелтелые клыки, отправляя головёшку обратно. - Здешнего волка костром спугнёшь, разве что если костёр будет больше волка.
Серые друзья были в большинстве своём далеки отсюда, а те же, кого ночь привела близко к пламени, девицу не тронут, но демон решил побыть честным.
Охотник встал, не отряхиваясь и дал короткий жест, что, мол, скоро он вернётся. Это место ему не нравилось, оно пахло опасностью, как пахнет ею враждебный зверь. Но, казалось бы, чего бояться в окружении верной клыкастой паствы? Много чего. Его владения огромны... но нет, стоило опасаться не инквизиторов. Пока.
Древний ушёл вниз по склону, змеёй петляя между молодых сосен и несильно утопая в прогнившей листве, и шаг его по-прежнему был тих настолько, что он мог расслышать далёкие тяжёлые шаги - он мог почувствовать сородича, её запах. Она была на чужой территории, она это знала, только вот волки ей были не соперники - один удар её лапы отправит обыкновенного серого пса в край вечной охоты до того, как  воздух дрогнет от хруста костей. Демон по-собачьи принюхался к воздуху - он пропах... медвежатиной. И ведь это была такая медвежатина, что могла надрать задницу простенькому (а может даже и не очень) Древнему. Однако Фенрир то ли не считал себя простым, то ли просто не считал чужака за источник опасности, то ли его мотивы были далеки от человеческого понимания. И охотник прекрасно знал, что чужак их преследует - а его четвероногие союзниками только и могут, что путать след, старательно избегая встречи с превосходящим противником - но того хватит ненадолго.
- Урсула... - следопыт присел на корточки перед ворохом сухих веток, раздавленных чем-то тяжёлым. Он поднял одну из них и едва принюхался. Та пахла оленьим дерьмом, и дерьмо было свежим. Те два стада, что были достаточно близки, находились на юге - они всегда шли на юг, когда наступала осень. Из этого следовало, что Медведица шла за ними (или старалась идти по их следу) уже давно. И скоро, если скорость останется прежней, она их нагонит, а меньше всего Древний сейчас хотел именно разборок с другими Древними. Но срань не приходит одна. Или как там говорят люди.
Фенрир скоро вернулся обратно, собрав ещё немного достаточно крепких веток, чтобы ещё немного поддержать костёр, пребывая в ещё более мрачном настрое. Он искоса глянул на спутницу - болезная, хлипкая, будто вот-вот развалится от слишком сильного толчка, она не походила на культистку возможной преследовательницы, но всё же теперь вызывала ещё больше недоверия. Возможно, стоило бы от неё и вправду избавиться. Мысль эта засела на периферии сознания.
- У девушки есть Хозяин, - следопыт бросил пару веток в пламя, которое тут же жадно затрещало, полыхнув и заставив демона прищуриться, - кто Хозяин девушки?

+3


Вы здесь » Ржавый Север » I Дивный новый мир » Чем дальше в лес